sergei_1956 (sergei_1956) wrote,
sergei_1956
sergei_1956

Не ругайтесь !

Оригинал взят у ko_ha1174 в post


Не ругайтесь! Такое дело!
Не торговец я на слова.
Запрокинулась и отяжелела
Золотая моя голова.

Нет любви ни к деревне, ни к городу,
Как же смог я ее донести?
Брошу все. Отпущу себе бороду
И бродягой пойду по Руси.
Позабуду поэмы и книги,
Перекину за плечи суму,
Оттого что в полях забулдыге
Ветер больше поет, чем кому.
Провоняю я редькой и луком
И, тревожа вечернюю гладь,
Буду громко сморкаться в руку
И во всем дурака валять.
И не нужно мне лучшей удачи,
Лишь забыться и слушать пургу,
Оттого что без этих чудачеств
Я прожить на земле не могу.                                                                                                                                                                         1922
Сергей Есенин.                                                                                                                                                        

ЕСЕНИН (4).JPG



****



Сергей Есенин



                   Возвращение на родину



  Я посетил родимые места,

          Ту сельщину,

          Где жил мальчишкой,

          Где каланчой с березовою вышкой

          Взметнулась колокольня без креста.



  Как много изменилось там,

          В их бедном, неприглядном быте.

          Какое множество открытий

          За мною следовало по пятам.



  Отцовский дом

          Не мог я распознать:

          Приметный клен уж под окном не машет,

          И на крылечке не сидит уж мать,

          Кормя цыплят крупитчатою кашей.



  Стара, должно быть, стала...

          Да, стара.

          Я с грустью озираюсь на окрестность:

          Какая незнакомая мне местность!

          Одна, как прежняя, белеется гора,

          Да у горы

          Высокий серый камень.



  Здесь кладбище!

          Подгнившие кресты,

          Как будто в рукопашной мертвецы,

          Застыли с распростертыми руками.

          По тропке, опершись на подожок,

          Идет старик, сметая пыль с бурьяна.

          "Прохожий!

          Укажи, дружок,

          Где тут живет Есенина Татьяна?"



  "Татьяна...  Гм...

          Да вон за той избой.

          А ты ей что?

          Сродни?

          Аль, может, сын пропащий?"



  "Да, сын.

          Но что, старик, с тобой?

          Скажи мне,

          Отчего ты так глядишь скорбяще?"



  "Добро, мой внук,

          Добро, что не узнал ты деда!.."

          "Ах, дедушка, ужели это ты?"

          И полилась печальная беседа

          Слезами теплыми на пыльные цветы.

          . . . . . . . . . . . . . . . . . .

          "Тебе, пожалуй, скоро будет тридцать...

          А мне уж девяносто...

          Скоро в гроб.

          Давно пора бы было воротиться".

          Он говорит, а сам все морщит лоб.

          "Да!..  Время!..

          Ты не коммунист?"

          "Нет!.."

          "А сестры стали комсомолки.

          Такая гадость!  Просто удавись!

          Вчера иконы выбросили с полки,

          На церкви комиссар снял крест.

          Теперь и богу негде помолиться.

          Уж я хожу украдкой нынче в лес,

          Молюсь осинам...

          Может, пригодится...



  Пойдем домой -

          Ты все увидишь сам".

          И мы идем, топча межой кукольни.

          Я улыбаюсь пашням и лесам,

          А дед с тоской глядит на колокольню.

          . . . . . . . . . . . . . . . . . .

          . . . . . . . . . . . . . . . . . .

          "Здорово, мать!  Здорово!" -

          И я опять тяну к глазам платок.

          Тут разрыдаться может и корова,

          Глядя на этот бедный уголок.



  На стенке календарный Ленин.

          Здесь жизнь сестер,

          Сестер, а не моя, -

          Но все ж готов упасть я на колени,

          Увидев вас, любимые края.



  Пришли соседи...

          Женщина с ребенком.

          Уже никто меня не узнает.

          По-байроновски наша собачонка

          Меня встречала с лаем у ворот.



  Ах, милый край!

          Не тот ты стал,

          Не тот.

          Да уж и я, конечно, стал не прежний.

          Чем мать и дед грустней и безнадежней,

          Тем веселей сестры смеется рот.



  Конечно, мне и Ленин не икона,

          Я знаю мир...

          Люблю мою семью...

          Но отчего-то все-таки с поклоном

          Сажусь на деревянную скамью.



  "Ну, говори, сестра!"



  И вот сестра разводит,

          Раскрыв, как Библию, пузатый "Капитал",

          О Марксе,

          Энгельсе...

          Ни при какой погоде

          Я этих книг, конечно, не читал.



  И мне смешно,

          Как шустрая девчонка

          Меня во всем за шиворот берет...

          . . . . . . . . . . . . . . . . . .

          . . . . . . . . . . . . . . . . . .

          По-байроновски наша собачонка

          Меня встречала с лаем у ворот.



  <1924>



ЕСЕНИН (5).JPG                                                       Сергей Есенин

                          Письмо от матери
      Чего же мне
      Еще теперь придумать,
      О чем теперь
      Еще мне написать?
      Передо мной
      На столике угрюмом
      Лежит письмо,
      Что мне прислала мать.
      Она мне пишет:
      "Если можешь ты,
      То приезжай, голубчик,
      К нам на святки.
      Купи мне шаль,
      Отцу купи порты,
      У нас в дому
      Большие недостатки.
      Мне страх не нравится,
      Что ты поэт,
      Что ты сдружился
      С славою плохою.
      Гораздо лучше б
      С малых лет
      Ходил ты в поле за сохою.
      Стара я стала
      И совсем плоха,
      Но если б дома
      Был ты изначала,
      То у меня
      Была б теперь сноха
      И на ноге
      Внучонка я качала.
      Но ты детей
      По свету растерял,
      Свою жену
      Легко отдал другому,
      И без семьи, без дружбы,
      Без причал
      Ты с головой
      Ушел в кабацкий омут.
      Любимый сын мой,
      Что с тобой?
      Ты был так кроток,
      Был так смиренен.
      И говорил все наперебой:
      Какой счастливый
      Александр Есенин!
      В тебе надежды наши
      Не сбылись,
      И на душе
      С того больней и горше,
      Что у отца
      Была напрасной мысль,
      Чтоб за стихи
      Ты денег брал побольше.
      Хоть сколько б ты
      Ни брал,
      Ты не пошлешь их в дом,
      И потому так горько
      Речи льются,
      Что знаю я
      На опыте твоем:
      Поэтам деньги не даются.
      Мне страх не нравится,
      Что ты поэт,
      Что ты сдружился
      С славою плохою.
      Гораздо лучше б
      С малых лет
      Ходил ты в поле за сохою.
      Теперь сплошная грусть,
      Живем мы, как во тьме.
      У нас нет лошади.
      Но если б был ты в доме,
      То было б все,
      И при твоем уме -
      Пост председателя
      В волисполкоме.
      Тогда б жилось смелей,
      Никто б нас не тянул,
      И ты б не знал
      Ненужную усталость,
      Я б заставляла
      Прясть
      Твою жену,
      А ты, как сын,
      Покоил нашу старость".
      . . . . . . . . . . . . . .
      Я комкаю письмо,
      Я погружаюсь в жуть.
      Ужель нет выхода
      В моем пути заветном?
      Но все, что думаю,
      Я после расскажу.
      Я расскажу
      В письме ответном...
      <1924>

              ЕСЕНИН (19).JPG                         Ругаться вовсе ни к чему...

Стихи 20-х годов прошлого века... Есенин
Tags: Есенин, Стихи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments